Рубли пробные, образцовые, с портретом особого рисунка и штемпельные варианты в монетной иконографии императрицы Анны Иоанновны

Рис. 1. Портрет императрицы Анны Иоанновны. Гравюра.

Dubitatio ad veritatem pervenimus (лат.) — Путь к истине — через сомнения.

Как ни пара­доксально, но вопросы терми­нологии в отече­ственной нумиз­матике до сих пор не отрегулирова­ны. Чехарда с определениями в градации монет сохраняется не только в среде коллекционеров-любителей, но и со стороны устроителей и организаторов многочислен­ных аукционов, а также в серьезных научных публикациях и каталогах. Зачастую монеты определяются в качестве пробных, в то время как соответствующие экземпляры к таковым не относятся. Вместе с тем в прак­тике собирательства регистрируются нумиз­матические единицы, бесспорно отличаю­щиеся от монет массового выпуска, которые требуют классификационной трактовки. В. В. Уздеников неоднократно обращался к пробным монетам и посвятил им ряд иссле­дований [13,16,17,19]. Кругозор, компетент­ность и опыт позволяли Василию Васильевичу широко рассматривать весь спектр монет императорского периода, делая акценты на некоторые наиболее демонстративные примеры. В настоящей работе пред­принята попытка экстраполировать выводы и соображения, сформулированные уважае­мым автором, на рублевики Анны Иоанновны.

Рис. 2. Рубль Анны Иоанновны, 1730 г. Л. с. идентична пробному экземпляру. О. с.: слова легенды разделены точками-колечками. ГЭ.

Вот какое определение дает пробным монетам выдающийся нумизмат:

“После рассмотрения проектов в соответ­ствующих правительственных инстанциях проб­ные монеты в конечном итоге подразделялись на две основные категории: на пробы, получившие одобрение и утверждение в качестве образцов для новых монет массового выпуска, и на пробы, не получившие по каким-то причинам одобрения и оставшиеся в единичных экземплярах или раз­множенные малотиражными выпусками. Роль и назначение проб первой категории полностью исчерпывается утверждением их в качестве образ­цов. Такие “образцовые” монеты обычно в нумиз­матические собрания не попадали, так как после утверждения их пробивали, прошнуровывали, опечатывали сургучной печатью, и они оседали в архивах [13].

Важное дополнение к формулировке понятия “пробная монета” предлагает В.П. Рзаев: “Представляя собой образец новой моне­ты с измененными дизайном, пробой, новой стопой и набо­ром номиналов для чеканки серий специ­ального назначения, пробная монета игра­ла главную роль в подготовке реформи­рования и многочис­ленных частичных изменениях денежной системы” [9].

Увидеть пробный рублевик Анны Иоанновны первой категории (или первого вида — В.В. Уздеников использовал и такое определение) 1730 года, т.е. с прошнурован­ным отверстием и сургучной печатью, по всей видимости, не представляется возмож­ным. Как указывает автор, такие монеты не попадали даже в государственные нумизма­тические собрания. Они, как правило, оседа­ли в государственных архивах, обычно на монетных дворах, и находились там до тех пор, пока последние не уничтожались вме­сте с хранящимися делами. Однако рекон­струировать такой экземпляр вполне реаль­но, если обратиться к документам и поштемпельному анализу.

Рис.3. Рубль Анны Иоанновны, 1730 г. Л. с. идентична пробному экземпляру. О. с.: слова легенды разделены звездами.

15 апреля 1730 года выходит Сенатский указ “О делании монет по утвержденным образцам”. В документе предписывалось монетным дворам по велению императрицы “делать российские монеты, каковы значат выше всего, на одной стороне Ея Императорского Величества, а на другой российский герб, которые такой же пробы и весу, как прежние монеты… ”[1]. Из контекс­та документа следует, что процедура утвер­ждения монеты в качестве эталона госу­дарственной денежной единицы уже про­изошла, и наступило время массовой чекан­ки.

Рис. 4. Коронационный альбом Анны Иоанновны.

Уже 19 мая того же года статским совет­ником Татищевым были представлены Анне Иоанновне “новые рублевые 22 монеты”, которые “взяты от мастеров с монетного Кадашевского двора” [2]. Очевидно, упомя­нутые 22 монеты отчеканены штемпелями, получившими высочайшее одобрение еще до 15 апреля. Монетчики заранее готовились к важному церемониалу — коронации Анны Иоанновны, назначенной на 28 апреля. По всей видимости, на мероприятии, согласно традиции, предполагалась раздача серебря­ной монеты нового вида присутствующему народу, что и было осуществлено. В альбо­ме посвященном коронации Анны Иоанновны указывается, что в процессе торжеств предусмотрено вручение памят­ных медалей согласно списка приглашен­ных, а также жетонов, число которых также было лимитировано. Простому люду пред­лагалось бесплатное угощение и раздача денег: “…повелела Ее Величество приготов­ленные на площади 2 быка и фонтаны с винами, как и в день коронации было, дать народу в вольное употребление, и изволила из окна бросать в народ деньги, как то чине­но во все дни… ” [5].

Рис. 5. Рубль Анны Иоанновны “Анна с цепью”, 1730 г. Пробный. ГЭ.

Таким образом, первые рублевики, по всей видимости, из пробной партии оста­лись в качестве памятных сувениров на руках у значительного количества зрителей, наблюдавших за церемонией. Логично пред­положить, что многие обладатели памятных подарков сохранили их на долгие годы передали по наследству потомкам вкупе с соответствующими напутствиями и коммен­тариями.

Видимо отчасти, поэтому среди рублевиков 1730 года с портретом, на кото­ром императрица изображена с наплечника­ми без фестонов и в платье с краем корсажа не параллельного краю монеты, можно обнаружить экземпляры хорошей сохранно­сти. Именно такие монеты с высокой долей вероятности могут претендовать на роль первоначальных, изготовленных теми же штемпелями, что и пробные монеты. Логика подсказывает, что пробные рубли должны отличаться высоким художественно-эстетическим уровнем, качественной чеканкой и отсутствием каких-либо исправлений или тем более ошибок в изображениях и надпи­сях лицевой и оборотной сторон*. Экземпляр, отвечающий таким требова­ниям, представлен на рисунке 2. Портрет императрицы на лицевой стороне монеты оказался настолько удачным, что штемпель аверса был использован в сочетании с дру­гим вариантом оборотной стороны (рис. 3) и при изготовлении другой пробной монеты неутвержденного образца, о чем пойдет речь ниже.

Рис. 6. Рубль Анны Иоанновны, 1730 г., “Анна с цепью”, пробный. Штемпельный вариант лицевой стороны. ГИМ.

В.В. Уздеников констатирует, что с 1730 года цепь со знаком ордена Андрея Первозванного становится неотъемлемым атрибутом российского государственного герба, помещавшегося на монетах массового выпуска. “В утвержденном варианте цепь вначале была надета на плечи двуглавого орла, а позднее окружала щит с московским гербом, расположенный на груди орла. Пробный рубль 1730 г. (называемый на кол­лекционном жаргоне “Анна с цепью”) дает представление о неутвержденном варианте расположения цепи: на этой монете цепь со знаком ордена окружает всего гербового орла”[11]. Согласно вышеизложенной клас­сификации В. В. Узденикова рублевик известный как “Анна с цепью” является пробной монетой второй категории.

Анализ доступных источников позволяет идентифицировать пять таких экземпляров, изготовленных тремя парами штемпелей. На рисунке 5 представлен рублевик, хранящий­ся в Государственном Эрмитаже. Второй находится в Государственном историческом музее (рис.6). Третий рублевик, каталогизированный великим князем Георгием Михайловичем, после многочисленных перипетий и странствий пополнил фонд Смитсоновского музея США.

Рис. 7. Рубль Анны Иоанновны, 1730 г., “Анна с цепью”, пробный. Штемпельный вариант лицевой стороны. Источник: фирма “Монеты и медали ”.

Четвертый экземпляр можно обнаружить в каталоге аукциона Felix Schlessinger №12, торги кото­рого состоялись 28 февраля 1934 года в Берлине. В 2007 году на аукционе фирмы “Монеты и Медали” зафиксирован про­ход еще одного рубля “Анны с цепью”, который по штемпельным харак­теристикам обеих сторон оказался идентичен смитсоновскому и описанному четвертому экземплярам (рис. 7). Опытный нумизмат без особого труда обнаружит раз­личия в деталях оформления лицевой сторо­ны рубля из фондов Эрмитажа от остальных двух представленных монет. При этом обо­ротная сторона у них остается одинаковой, поскольку отчеканена одним и тем же штем­пелем. Это обстоятельство наводит на сле­дующие соображения.

Во-первых, если пробные монеты уни­чтожались по мере истечения срока хране­ния в архивах или по иным причинам, то судьба штемпелей, использованных при изго­товлении таковых, не известна. Если штем­пеля сохранялись, то логично предполо­жить, что впоследствии были отчеканены новоделы с применением “пробного” штем­пеля и штемпельных инструментов проти­воположной стороны, взятых из ассортимен­та обычных, рассчитанных на рутинный производственный цикл. В случае верности предположения приходится констатировать, что монету, изготовленную первоначальной “родительской” парой штемпелей иденти­фицировать не представляется возможным.

Во-вторых, в нумизматической среде следует ожидать появление новых экземпляров “Анны с цепью” как с известными штемпельными вариантами аверса, так и с иными, из числа монет 1730 года. Косвенным образом на это указывает состояние рублевика, хранящегося в ГИМе, свидетельствующее, что монета побывала в обращении, прежде чем попала в запасники музея. Логично полагать, если один рубле­вик успешно выполнял роль платежного средства, то ничего не мешало другому или другим повторить эту миссию. Причины попадания пробных монет в денежное обра­щение подробно проанализированы в соот­ветствующей работе В. В. Узденикова [18]. Идея о прогностических находках неутвержденных пробных монет не нова. Возможность обнаружения таковых обсуж­дается в работе В.П. Рзаева [10]. Вопросов прогнозирования направлений поиска и воз­можных находок при поштемпельном изуче­нии рублевых монет Анны Иоанновны касался и Е.Г. Полуйко [7].

Рис. 8. И.К. Гедлингер. Рубль Анны Иоанновны, 1736 г. Пробный.

 К пробным монета первой категории можно отнести рубль работы И.К. Гедлингера (рис. 8). Контекст докумен­та под заглавием “Доношение с Кабинета Ея Величества из Канцелярии Монетного Правления” от 19 апреля 1737 года свиде­тельствует, что изготовленные Гедлингером монеты получили высочайшее одобрение и были преподнесены Анне Иоанновне 7 ноября 1736 года [3]. Существует экзем­пляр работы Гедлингера с отверстием, оче­видно предназначеным для прошнуровыва­ния, скрепления сургучной печатью и после­дующего хранения (рис. 9).

Рис. 9. И.К. Гедлингер. Л. с. рубля Анны Иоанновны, 1736 г. Пробный. ГЭ.

Автор настоящей работы явился свиде­телем того, как и почему В.В.Уздеников сформулировал важное для нумизматики определение “образцовой” монеты. Рецензируя статью под итоговым названием “Пробные и образцовые рублевики Петра II”[6], В.В. Уздеников предложил следую­щую трактовку: Образцовая монета отно­сится к категории монет, для утвержде­ния которых к массовому выпуску, в отличие от пробных монет, не требова­лось издание правительственного указа и оповещения всего населения страны. Более того, одобрение или неодобрение образцовых монет иногда зависело от руководства монетного двора. В.В. Уздеников не привел указанное опреде­ление в своих печатных публикациях, но оставил формулировку в рукописном варианте, опубликованном в сборнике, выпущен­ном к его 100-летию [20].

Рис. 10. Рубль Анны Иоанновны, 1737 г. Тип Дмитриева.

Примером образцовой монеты может служить экземпляр, лицевая и оборотная сторона которого вырезана Л. Дмитриевым. Русский резчик, уже проявивший свое мастерство в копировании работ Гедлингера, видоизменил рублевик знаменитого швейцарца согласно указаниям начальства. Во исполнение указа Монетной Канцелярии монетчикам предписывалось “деланный штемпель медальером Гедлингером всемилостивейше опробован” …“монету печатать в высокоречном титуле Ея Императорского Величества без сокращения с полными лите­рами” [4]. Кроме чеканки рублевиков и пол­тин с полным вариантом титулатуры Анны Иоанновны последующий выпуск монет осуществлялся с выраженным модифициро­ванным государственным орлом на реверсе. Изменениям в оформлении оборотной сто­роны рублей и полтин какие-либо общегосу­дарственные указы не предшествовали. Тем не менее, с учетом значительных перемен на лицевой и оборотной сторонах рублевики типа Дмитриева изготавливались на Московском монетном дворе до конца царствования императрицы Анны (рис. 10).

Рис. 11. Рубль Анны Иоанновны, 1730 года. На первой ленте наплечника литера “В”.

К числу образцовых следует отнести некоторые экземпляры, на которых императрица изображена со скошенным лбом (рис. 11). Правительственные документы, регламентирующие смену монетного типа на новый с портретом, авторство которого приписывается И. Васильеву, не известны.

Портреты Анны Иоанновны на указанных рублевиках, как отмечал В.В. Уздеников, “отличаются весьма низким качеством художественного оформления”[14]. Однако монеты данного образца исправно чекани­лись с 1734 по 1737 год.

Рис. 12. Рубль Анны Иоанновны, 1738 г. Тип Фукса.

Показательным примером образцовой монеты является экземпляр 1738 года, исполненный по всей видимости Фуксом в качестве эталона, предназначенного для чеканки рублевиков на вновь открытом монетном дворе в Петербурге (рис. 12). К категории образцовых можно отнести рубль “сочиненный” И. Лефкеным, который при отсутствии каких-либо высочайших указа­ний служил государственным платежным средством в 1739 и 1740 годах (рис. 13). К сожалению первоначальные эталонные экземпляры указанных медальеров не известны поскольку они не подлежали хра­нению и пускались в оборот как рутинные монеты.

Рис. 13. Рубль Анны Иоанновны, 1739 г. Тип Лефкена.

И без того богатая монетная иконография Анны Иоанновны зачастую демонстрирует экземпляры, на которых портрет правитель­ницы выходит за рамки стандартных. Нередко такие монеты коллекционеры и устроители аукционов ошибочно рассматри­вают и объявляют пробными. В отличие от пробных и образцовых подобные экзем­пляры появляются как исключительные или одиночные и никоим образом не влияют на оформление монет регулярной чеканки. В.В. Уздеников такие монеты каталогизирует как экземпляры с портре­том особого рисунка.

Иллюстрацией такого вида монет слу­жит рубль известный коллекционерам как “большая голова” (рис. 14). Оставим за скоб­ками народную этимологию названия, кото­рое носит сленговый характер.

Рис. 14. Рубль Анны Иоанновны, 1730 г., с портретом особого рисунка.(“Большая голова”).

В.В. Уздеников определяет изображение Анны Иоанновны как “портрет особого рисунка”[12]. Изысканная манера гравиров­ки, элегантная пластика и великолепный рисунок выдают руку профессионала. Только медальер с опытом (а не рядовой рез­чик или копиист) мог сотворить такой изящ­ный нумизматический памятник. Отношение монетчиков к такого рода моне­там лишено какого-либо пиетета. Они рас­сматривали такие монеты как обыкновенные рядовые экземпляры. Если пробные да и образцовые рубли отличаются высоким качеством чеканки, поскольку являлись эта­лоном для резчиков и копиистов, то монеты с портретом особого рисунка могли изготав­ливаться в порядке рутинной чеканки порой с дефектами, граничащими с браком (рис. 15).

Рис. 15. Рубль Анны Иоанновны, 1730 г., с портретом особого рисунка. Дефект чеканки.

К разряду монет с портретом особого рисунка следует отнести рублевик, датированный 1730 годом, на лицевой стороне которого императрица изображена с ухом закрытым локоном прически (рис. 16).

Рис. 16. Рубль Анны Иоанновны, 1730 г., с портретом особого рисунка (“Локон закрывает ухо «).

В 1734 году из-под печатного стана вышла серия рублевиков с романтическими названиями портретов: “царственный”, “лирический”, “идеализированный” и т.д. (рис. 17). Все они образуют группу монет с портретом особого рисунка.

Неожиданные находки в оформлении монет обнаруживаются и при исследовании оборотной стороны монет (рис. 18). По поводу одной из них Е.Г. Полуйко в частно­сти писал: “Рублевая монета Анны Иоановны 1730 года, описанная в каталогах, как вариант с широко расположенными циф­рами даты, должна быть отнесена к разряду пробных, пополнив, тем самым, перечень наиболее интересных и важных монет этой императрицы” [8]. Отдавая дань уважения бесспорно выдающемуся нумизмату, стоит заметить, что автор в понятие “пробная монета” вкладывал иной смысл, отличаю­щийся от трактовки В.В. Узденикова. Е.Г. Полуйко в упомянутой работе использо­вал словосочетание “короткое опробывание” в рамках “продолжительного периода отра­ботки” нужного штемпеля. То есть с точки зрения уважаемого автора данный конкрет­ный вариант реверса опробывался в процес­се поиска оптимального рисунка гербового орла на монете. Если придерживаться логи­ке В.В. Узденикова, то искомый экземпляр следует отнести к монете с орлом особого рисунка.

Рис. 17. Рубль Анны Иоанновны, 1734 г., с портретом особого рисунка, дата слева от орла

(“царственный портрет»).

Рис. 18. Рубль Анны Иоанновны, 1730 г., с орлом особого рисунка. Цифры даты широко расставлены.

Наиболее многочисленной является группа монет, отличающихся друг от друга бесчисленными подробностями оформления обеих сторон монеты. Коллекционеры шутят, говоря о том, что легче найти различ­ные штемпельные варианты рублевика Анны Иоанновны, чем обнаружить экзем­пляр, отчеканенный одной и той же штем­пельной парой. Такое положение вещей не удивительно, так как штемпели на монетных дворах начала XVIII резались или, после введения в технологию маточников, доводи­лись вручную. При таком производстве повторить в точности эталонный вариант медальера практически невозможно. Отсюда проистекают бесчисленные вариации в начертании деталей портрета персонажа, гербового орла, украшений, надписей, рас­положения буквенных и цифирных литер относительно изображений и пр. Вместе с тем встречаются экземпляры, оформле­ние которых по причине значительных отклонений от заданного рисунка, выво­дят монету в разряд необыкновенных. Такие монеты не отменяют установлен­ный монетный тип, сохраняют иконогра­фические свойства и являются результа­том случайной ошибки неграмотного копииста или неудачной попыткой резчи­ка проявить несанкционированную начальством творческую инициативу. Экземпляры с подобными артефактами следует относить к штемпельным вари­антам монет.

Рис. 19. Рубль Анны Иоанновны, 1730 г., штемпельный вариант. 6 лент в наплечнике.

Примером может служить рублевик 1730 года, на лицевой стороне которого портрет императрицы изображен с шестью лентами наплечника (рис. 19). Парадокс коллекцио­нирования причисляет подобного рода монеты к разряду коллекционно-значимых и побуждает энтузиастов к поиску таких экземпляров с целью украсить свое собра­ние.

*Отметим любопытный нюанс — слово “ВСЕРОСС1ИСКОИ” в названии коронационного альбома написано с двумя буквами С (рис. 4), в то время как на монетах 1730 года и последующих годов этот фрагмент титулатуры начертан по другому, в частности чеканилась лишь одна литера С. Недаром В.В. Уздеников по этому поводу сокрушался: “…на подавляющем большинстве монет Анны Иоанновны, [круговая надпись — Ю.П.] всегда писа­лась с ошибками в последнем слове — “ВСЕРОСИСКАЯ”[15].

Список использованной литературы:

1. Георгий Михайлович, великий князь. Монеты царствования императрицы Анны Иоанновны и императора Иоанна III. — СПб., 1901. Док. №3. С. 12.
2. Там же. Док № 6. С. 13.
3. Там же. Док. № 212. С. 148.
4. Там же. Док. № 226. С. 156.
5. Описание коронации Ее Величества императрицы и самодержицы всероссий­ской Анны Иоанновны торжественно отправленной в царствующем граде Москве 28 апреля 1730 году. Печатано в Москве при Сенате Октября 31 дня 1730 году. С. 45.
6. Петрунин Ю.П. Пробные и образцо­вые рублевики Петра II. Жур. Антиквариат. Предметы искусства и коллекционирования №9 (30) Сентябрь 2005. С. 136-141.
7. Полуйко Е.Г. Рубль Анны Иоановны: Каталог. — Горький, 1989. С. 15
8. Полуйко Е.Г. Малоизвестная монета императрицы Анны Иоановны. Об этапах подготовки топового штемпеля оборотной стороны рублей Анны Иоановны для Петербургского монетного   двора. Нумизматический сб. №3. С. 120-125.

9. Рзаев В.П. Энциклопедия российской нумизматики. В трех томах. Том I. — Москва, 2018. С. 282.
10. Рзаев В.П. Некоторые соображения о прогнозировании монетных находок. В кн. Монеты России XVIII — начала XX века. Сборник воспоминаний и статей. К столе­тию В.В. Узденикова. — Москва, 2019. С. 632.
11. Уздеников В.В. Геральдическое оформление российских монет 1700-1717 гг. — М., 1998. С. 43.

20. В.В. Уздеников. Монеты России 1700-1917. Каталог. Издание третье, перерабо­танное и дополненное. — Москва 2004. С. 56
21. Уздеников В.В. Пробные монеты 1726-1727 годов. В кн. Монеты России XVIII — начала ХХ века. Очерки по нумизматике. Факты, предположения, рекомендации. 3-е издание, исправленное и дополненное. — Москва, 2004. С. 256-289.
22. Там же. С. 296.
23. Там же. С. 304.
24. Там же. Пробные медные монеты 1810 года. С. 369-377.
25. Там же. Пробные монеты XIX века: общегосударственные с двойным (русским и польским) обозначением номинала и русско-польские. С. 463-478.
26. Уздеников В.В. Побывавшие в обра­щении. Нумизматический сборник № 12. — Москва, 2005.
27. Уздеников В.В. Монеты России XVIII-XX веков. Очерки по нумизматике. Круг коллекционеров. — Москва, 2008. С. 29-38
28. Храменков А.В. Отв. ред. Монеты России XVIII — начала XX века. Сб. воспоми­наний и статей. К 100-летию В.В. Узденикова. С. Москва, 2019, С. 120.

Ю.П. Петрунин.